Протянуть кабель к другу. Запустить игру. Улететь на другой конец мира. Договориться о сделке. Начать снова.
Здесь я собрал истории из своего Telegram: как появлялись компании, как мы росли и что происходило после. Чтобы до первого разговора вы могли узнать меня не только по короткому представлению.
Первую сеть мы с одноклассником Ефимом протянули между нашими квартирами. Потом подключили товарища через три дома: зимой тянули кабель по крышам и чердакам. Через несколько месяцев в сети было уже двадцать человек, и мы собирали абонентскую плату.
Постепенно это стало бизнесом интернет-провайдера «Медиальт». Мы подключали офисы и тысячи пользователей. Я сам ходил к предпринимателям и объяснял, почему интернет полезнее каталога «Жёлтые страницы».
В 2005 году мы продали провайдера и направили вырученные деньги в игровую компанию. Начался следующий этап, в котором практически всему пришлось учиться заново.
Мы решили сделать сразу пять многопользовательских игр для телефонов и браузера. Практического опыта в играх у нас не было. Нашли большую команду разработчиков, но деньги закончились раньше, чем появилась первая готовая версия.
В итоге нас осталось пятеро. Ещё год мы доделывали Maffia New. Когда игра вышла, пользователи сами не пришли: маркетинга и денег на него не было.
Я написал три письма — в Яндекс, Rambler и Mail.ru. В Rambler первоначально предложили размещение в обмен на долю. Но к следующей встрече сменился руководитель, и мы договорились о разделении выручки. Подготовленный договор о доле остался у меня в рюкзаке.
Потом учились выдерживать нагрузку: сначала игра падала на тридцати пользователях, затем на ста, пятистах. Доросли до тысячи игроков онлайн и дохода, на который могла жить наша небольшая команда.
Я решил ехать в США разбираться с приложениями для Facebook. Рассчитывал познакомиться с Александром Москалюком на Российском интернет-форуме, но на конференции пробиться к нему не удалось.
Зато в очереди на регистрацию в аэропорту он оказался через одного человека от меня. Мы познакомились, сели рядом, и за двенадцать часов полёта я смог задать вопросы о платформе, жизни в Долине и акселераторах. Прилетел уже с планом.
Позже, на мероприятии Plug and Play, познакомился с командой Google, работавшей с Orkut. Нам помогли перевести несколько игр на испанский и португальский, и мы вышли в Латинскую Америку. Это были десятки тысяч пользователей и первый опыт международного распространения наших продуктов.
Когда ВКонтакте готовил платформу приложений, мы уже видели, как этот рынок развивается в Facebook. Собственные игры не обещали большого рывка. Мы обратились к зарубежным и российским разработчикам, но договориться не получилось.
Мой партнёр Дима нашёл в китайских социальных сетях три игры про ферму. Я написал их разработчикам. Один из них ответил через несколько часов.
Мы локализовали игру и изменили монетизацию: первые участки земли стали бесплатными, следующие продавались с растущей ценой; добавились удобрения. Катюша помогала переводить названия цветов. Не всё было гладко: первые недели голубь в игре назывался пингвином.
9 апреля 2009 года мы запустили «Счастливого фермера». Нас было десять человек, работали в квартире-офисе в Екатеринбурге. В своём рассказе я вспоминаю, что первый миллион долларов пришёл примерно через две недели после запуска.
После запуска мы поехали в Пекин договариваться с разработчиками. Стало понятно, что одной игры недостаточно: нужно строить издательство. За следующий год мы открыли офис в Пекине и подписали на издательство сорок команд.
Расширялись и по продуктам, и по площадкам: ВКонтакте, другие российские сети, затем локальные социальные сети Европы. В канале я описывал, как меньше чем за год компания выросла до 150 человек и пяти офисов.
Это был рост, к которому никто из нас не был подготовлен. Приходилось одновременно строить команду, поддерживать игры, работать с разными платформами и договариваться о дистрибуции.
В июле 2010 года я оказался на обложке российского Forbes. На ней написано: «Начни свой бизнес». Фотография этого номера сохранилась в моём личном архиве.
Forbes, июль 2010. Фотография номера из моего архива. Открыть целиком ↗
После публикаций о компании нас стали приглашать инвесторы. Мы встречались с командой DST и получили предложение по оценке $100 млн. Другие фонды тоже проявляли интерес. Это были предложения — не деньги, которые мы уже заработали или получили на счёт.
Zynga предложила покупку компании с оплатой наполовину деньгами, наполовину акциями. По условиям мы не договорились. Позже я много возвращался к этому решению: что я тогда видел, чего боялся и что мешало услышать другую сторону.
Когда темпы роста снизились, мы вернулись к разговору с фондами. На финальном инвестиционном комитете Almaz Capital я внезапно предложил новую стратегию, хотя команда долго готовила совсем другую. Раунд не состоялся.
В конце мы нашли инвестора, согласившегося вкладывать траншами, привязанными к показателям. Смогли получить только первый. В 2011 году компанию закрыли. Этот опыт — одна из причин, почему я так внимательно отношусь к моменту сделки и личным целям основателя.
На мероприятии в Екатеринбурге я познакомился с Костей и Димой. Они делали приложение для знакомств для J2ME-телефонов и уже получали первые платежи. Я рассказал о них своему партнёру, и мы начали следить за показателями.
Основатели хотели продать 30% компании, чтобы каждый смог купить квартиру. Мы выкупили долю. Позже в разговоре с другим инвестором я упомянул этот проект, стал делиться статистикой, и он заинтересовался покупкой нашей доли и инвестициями в компанию.
О сумме договорились быстро, саму сделку закрыли за две недели. В канале я писал, что больше всего денег наша команда заработала именно на этой инвестиции, а из собственной игровой компании не забрала ничего.
Для меня это очень конкретная история о том, что стоимость бизнеса и личный финансовый результат его владельца могут жить совершенно разной жизнью.
После закрытия игровой компании я стал работать со стартапами. В канале я описывал этот период с 2013 по 2021 год. При этом оставаться только внешним трекером у меня часто не получалось: я вовлекался в продукт, команду и привлечение инвестиций.
Так было с «Роботом Верой», Coobic, Semantic Hub и Vocart. В этих проектах я участвовал уже как сооснователь. В своём рассказе я отмечал, что в каждой компании, где брал на себя такую роль, мы закрывали инвестиционный раунд, а нередко и несколько.
В автобиографическом посте я подвёл промежуточные итоги: участие в двадцати раундах, три продажи своих компаний, девять акселераторов, два венчур-билдера и работа более чем с семьюстами стартап-командами. Это цифры из того рассказа о пройденном пути.
Этот период дал мне опыт очень разных команд. И одновременно помог понять, что мне снова нужно строить собственную компанию.
В ноябре 2021 года я написал Александру Агапитову из Xsolla, рекомендуя знакомого. В ответ получил предложение об инвестициях, если решу вернуться в игровой бизнес. В тот же вечер мы с Димой Семиряжко договорились делать компанию вместе.
11 января 2022 года зарегистрировали OnlySpace. На следующий день состоялась предварительная продажа NFT для Warspace. В канале я описывал результат этого запуска: миллион долларов продаж за девять секунд. Это выручка запуска, а не мой личный доход.
Дальше — новые инвестиции, несколько игровых команд и резкое изменение рынка. Эксперименты перестали давать нужный результат. Параллельно Дима разрабатывал редактор трёхмерного контента, из которого вырос MegaMod.
4 января 2023 года мы закрыли разработку и издательство прежних игр, расстались с шестнадцатью специалистами и сосредоточились на MegaMod. В следующем раунде на $1,9 млн за короткой новостью стояли 96 встреч с инвесторами и 11 месяцев от подписания term sheets до закрытия.
Катюша и пятеро детей — большая часть моей жизни. В канале я пишу не только о компании, но и о том, как мы выбираем, где жить, устраиваем дом, переживаем перемены и остаёмся семьёй.
После переезда в Малайзию я рассчитывал обустроить нашу жизнь за три месяца. В итоге понадобилось шесть. Потом постепенно появилось своё сообщество: друзья, совместные фильмы, настольные игры, поездки с детьми. Дом начал жить.
Отдельно я писал о цене предпринимательского фокуса. Когда целиком погружаешься в компанию, расходуешь и ресурсы людей рядом. Важно замечать это и разговаривать об этом дома.
Со временем семья стала для меня самостоятельной стратегией, со своими планами и горизонтом. Поэтому вопрос о деньгах основателя я не могу отделить от вопроса о том, как он хочет жить.
В канале появилась серия «От матёрого фаундера к чайнику в AI». Я снова учусь, сам делаю продукты, разбираюсь с инструментами и экспериментирую с маркетингом.
В тексте о личной стратегии я объяснял, зачем мне собственный небольшой проект: пройти все этапы самому, лучше понимать технологические перемены и создать отдельный источник финансовой устойчивости семьи.
YouTube стал частью этой работы. Я разбираю истории компаний, первые рынки, решения основателей и документы. Начал с современных небольших технологических бизнесов, затем перешёл к истории интернета и компьютерных игр.
Мне интересна глубина: как люди находили пользователей, почему принимали решения и что происходило потом. В своём канале я остаюсь таким же участником этого поиска.
